September 6th, 2010

юзерпик

Революционные вожди-провинциалы и столичная Европа

(из своих комментов в др. ЖЖ сброшу сюда, чтобы не пропало)

Сталин был нацменом, как и Троцкий, хотя из менее обеспеченной среды, но при этом ее нельзя назвать менее культурной - мать Сталина была настроена дать возможность дать своему сыну образование (на чем и разошлась с отцом), также как и обеспеченные родители Троцкого. Троцкий - европеец именно потому, что он стал одесским евреем. Одесса - это европейский город для выходцев из еврейских местечек-штеттлей, арендных ферм (как у отца юного Левы Бронштейна) и проч. "дыр", примерно как Будапешт или Вена (а также Петербург - но последний только для еврейской элиты, а не масс, из-за условий выхода из черты оседлости). В Будапеште немецкий язык обеспечивался евреями (они им массово пользовались там в быту, численно значительно превышая австронемцев), в Одессе картина тоже была довольно пестрой: на рубеже XX в. примерно 1/10 часть евреев не владела там ни одним языком, кроме русского (при том, что в части образованных семей домашним языком мог быть вообще иврит, также была заметна доля немецкого или др. иностранных как домашнего, а не идиша; тоже у интеллигенции, видимо). Кстати, говорят, Троцкий в детстве (в смысле, 11-летний Лева Бронштейн еще тогда) учил иврит, читая с частным учителем Библию, и, возможно, именно это в итоге сделало его революционером, т.к. нанятый малообразованным отцом преподаватель оказался атеистом (не распознали :-)) и изучение Библии носило не религиозный характер... Русская сторона его жизни помимо, очевидно, решающего влияния гимназии (как семинарии у Сталина), связана скорее всего с его предпринимательской фермерской семьей (а здесь - в отличие от Сталина). Как именно, трудно сказать: с одной стороны, позже в эмиграции он мог рассчитывать на какую-то помощь своих российских родственников в случае чего (в мемуарах он указывает на родственную связь, правда - специфически: пытался дать отцу почитать революционную литературу), не теряя тем самым связи с Россией, но с другой стороны, он может и не врал в мемуарах о близости в детстве к наемным трудящимся (однако, она обусловлена именно социальным статусом отца). Таким образом, молодой Троцкий принадлежал одновременно как к русской, так и к еврейской культуре, как они взаимодействовали в столичной для данной национальности и провинциальной для России Одессе, где гражданско-капиталистическая еврейскость была радикально отлична от сословно-феодальной еврейскости штеттля и где еврейские выходцы из всяких дыр могли стать русскими провинциальными интеллигентами. Еврейская Одесса - воплощение еврейского просвещения, хаскалы, хотя иногда и с выходом за ее рамки в сторону ассимиляции (а в местечках об ассимиляции речи и идти не могло !), другие такие центры - тоже (чем западнее, тем более с уклоном в ассимиляцию - в крупных австро-венгерских городах местные евреи еще более, чем в Одессе, контрастировали с заезжими провинциальными балканскими, т.к. те зачастую были в традиционной одежде). В дальнейшем европейскость Троцкому обеспечивало во многом тоже это его одесское еврейское происхождение, т.к. в Вене, где он наиболее обосновался, немецкоязычная культура и общественная жизнь (с которой он был связан) в значительной степени создавалась такими же евреями, либо близкими к ассимиляции, либо сторонниками немецкоязычной (не ивритической и не идишной) еврейской культуры. Т.е. как и в Одессе выходец из такого рода евреев в Вене был органичен и ему было легко вписаться в обстановку (достаточно сменить язык с русского на немецкий, что несложно было для человека со средним образованием).

У грузин и проч.кавказцев (как известно, в то время грузины были крупнейшей кавказской народностью в России, а не азербайджанцы) таких центров не было ни в России, ни тем более за ее пределами. В отличие от евреев, та же Одесса слишком поздно стала культурным центром для кавказцев, крупных укорененных общин их там не было - преимущественно учащаяся молодежь (а на самом Кавказе не было университетских центров). Соответственно, широкого слоя европейских просвещенных городских "неогрузин", в отличие от таких же "неоевреев" не формировалось, поэтому занимавшийся образованием или самообразованием грузин из низших слоев мог следовать только в фарватере русской провинциальной культуры, однако, имел перед русскими провинциалами фору (как почти любой национал хоть бы и в наши дни, кроме самых мелких экзотических народностей) - он мог посмотреть на русскую культуру извне. (Знание национального языка равнозначно с этой точки зрения знанию иностранного - ведь среди функций изучения иностранного в школе есть как раз функция обогащения национальной культуры за счет сравнения своего с чужим опытом и более осознанному отношению к своему). Т.е. у Сталина тоже было выгодное для него положение в русской культуре, как и у Троцкого, но на свой манер - в чистом виде социальный лифт, благодаря русской культуре Сталин попадал в ряды общероссийской провинциальной интеллигенции. А различие их национальности сработало по-разному: у Сталина его грузинство способстовало только проникновению в господствующую русскую культуру, хотя и провинциальную, а вот у Троцкого дала возможность быть столичным европейцем. Ну, соответственно, они оба имели национальную российскую почву на свой манер...

Ленин тоже никогда до того, как стал председателем СНК, кажется, не приобретал столичного статуса (как это выходило для еврея, укоренившегося в крупном центре), он всегда действительно оставался провинциалом. Но в этом был один из его секретов сильного положения в революционном движении: оно ведь в значительной степени - движение провинциалов, оказавшихся в крупном центре (университетском, если речь о студентах, либо в торгово-промышленном, если речь о рабочих - типа Кагановича). Типаж у него был - привлекательного "одного из лучших представителей", одним словом; тогда как Троцкий в принципе не очень типичен - чрезмерно много индивидуальных черт, что отражалось на самосознании и поведении. У Троцкого были "любимчики", с которыми были дружеские отношения (что называется, "товарищеские", если из числа подчиненных), но к большинству он часто показывал пренебрежение (как пропащим малокультурным типам), а у Ленина же в целом были к именно к большинству ровное отношение, что, видимо, и подкупало представителей демократических слоев - позже тех же "ходоков" и т.д. ("любимчики" Ленина были комическим преувеличением, а не приближением к норме, как у Троцкого). При этом Ленин противопоставлял политическое и личное отношение (при резкости нападок требовал исключать нападки на личные недостатки оппонентов, если они не были изначально "классовыми врагами"), что давало возможность изживать разрывы (хотя бы наполовину, с его стороны - скорее это у отвергнутых складывалась личная к нему неприязнь)... Ленин же был таким уже в 90-е г.г.: в руководстве и видных членов "Союза борьбы за освобождение раб.класса" петербуржцем в первом поколении можно назвать только Мартова (такой же была еще и Крупская); значительная часть же - иногородние студенты-технологи (а также молодые рабочие из крестьян). Из-за очевидной национальной почвы такого рода (в те же 90-е г.г.) его несправедливо записывать в ученики к Парвусу, который был тогда германским социал-демократом, причем легальным (он примкнул уже после отмены "исключительного закона" - как подражание "бильдунгсбюргерам", сделавшимся революционерами эпохи молодого Маркса и 1848 г., но уже совершенно в других условиях), тогда как Ленин еще в Поволжье был связан с бывалыми народниками-конспираторами (это другой путь - непосредственная традиция заговорщиков, кружковцев, без какой-то дистанции, подражания и заимствований). К тому же, у Ленина как "представителя" заимствование идей носило кружковый характер, т.е. личных, живых учителей у него не могло быть в принципе: учителя - это только покойные авторы как Чернышевский, Маркс и т.д., тогда как кружковцы - товарищи, и пусть кто-то из них старше и лучше изучил классические труды, но любой кружковец может его обойти. Кстати, Парвус был плохим революционером, т.к. деньги сразу делали из него буржуа, что было неприемлемо даже для легальной германской социал-демократии, не говоря уже о российских конспираторов - поэтому в длительнйо перспективе он не мог преуспеть в революции (это Ленин питался вегетарианскими кубиками "Магги" из пенсий матери и тещи)... В общем, возвращаясь к наследникам Ленина, если Троцкий претендовал на то, чтобы занять идейную и т.д. роль Ленина, то Сталин по самому своему облику более близок к "Ильичу" - оба были провинциальными интеллигентами. Ведь Сталина тоже можно отнести к интеллигентам за счет самообразования (на базе "ссуза того времени" - семинарии) как архаичный типаж из предыдущей эпохи, когда в гимназии и университеты недворянам сложнее было попасть. Этот облик несколько не соответствовал дате рождения, но делал его "как бы старше Ленина". Возможно, Сталину было легче занять лидерское место в партии, поскольку другие "вожди" (прежде всего Зиновьев) были по своим качествам уж совсем неадекватны претензиям, хотя по облику они тоже ближе к Ленину, а не к Троцкому (о близких по облику к Парвусу типах вроде Красина не говорю).

Революция и дальнейшая внутрипартийная борьба закончилась победой носителей определенной субкультуры (радикальный сегмент провинциальных интеллигентов и озабоченных самообразованием представителей низших классов), имевшей российскую почву, а у европейского Троцкого было меньше шансов, т.к. его европейскость связана, с одной стороны, с его национальностью, а с другой стороны, и в свою очередь - с единственным (точнее, одним из двух, второй - Петербург) центров европейскости этой национальности в России. Из-за своего одесского происхождения Троцкий открещивался от евреев, т.к. большинство их были местечковыми, малокультурными, а европейцев-одесситов (и подобных им типажей) было слишком мало, чтобы занять господствующее положение в революционном движении под его рукой...